В любое время года Экскурсии от Moscowwalks
Подарочные сертификаты Прогулок по Москве
Подарите друзьям совершенно новый город

Пока не сняты карантинные ограничения, мы проводим онлайн лекции.
Лекции бесплатны, но мы предполагаем, что если вам нравится лекция, вы перечислите нам донат. До конца карантина лекции остаются в открытом доступе.


Расписание лекций на нашем экскурсионном сайте.

Лекции проходят на нашем youtube канале Прогулки по Москве.

Карантин пройдет и мы снова будем гулять по Москве) Оставайтесь с нами!
Все об экскурсиях смотрите на http://moscoww.ru



/


День студентов в старой Москве

Auto Date Понедельник, января 25, 2010


В этом году выпито все, кроме Москвы-реки, и то благодаря тому, что она замерзла… Было так весело, что один студиоз от избытка чувств выкупался в резервуаре, где плавают стерляди…
Чехов, 1885 г.

Поздравляем всех бывших, текущих и будущих студентов с днем Святой Татьяны! Днем всех студентов!

Специально по этому поводу публикуем подборку преинтересных дореволюционных открыток «Типы студентов» художника Владимира Кадулина. В начале XX века он поступил в Московское училище живописи, ваяния и зодчества, позже доучивался в Киеве.

Кроме открыток, также публикуем отрывок из книги Петра Иванова «Студенты в Москве» (изд.1903 г.) про празднование дня святой Татьяны в дореволюционной Москве.


Откуда-то сзади доносятся отдельные голоса:
— Gaudeamus! Gaudeamus!
Эти крики растут. Постепенно заполняют всю залу.
— Gaudeamus! Gaudeamus!
Музыка играет Gaudeamus.
— Ура! Ура!

Поднимается рев. Невообразимый шум. Своевольный дух вступает в свои права. Опьянение начинается.
Gaudeamus играют раз, два, три…
Далее дело переносится в трактиры, в пивные, в рестораны средней руки… Теперь все сводится к одному: подготовить почву для праздника своевольного духа. Нет денег, чтобы опьянить себя благородным шампанским. Пьяная водка и мутное пиво – два напитка Татьянина дня.


….
К 6-ти часам вечера толпы студентов направляются к «Эрмитажу». Замирает обычная жизнь улиц, и Москва обращается в царство студентов. Только одни синие фуражки и видны повсюду. Быстрыми, волнующими потоками студенты стремятся к «Эрмитажу» — к центру. Идут группами, в одиночку, толпами, посредине улицы. Встречные смешиваются, группы примыкают к толпе.
Толпа растет, расширяется. Впереди ее пляшут два студента, и между ними женщина машет платочком. Все трое выделывают отчаянные па. Сзади толпа распевает хаотическую песню.


современный вид площади на Яндекс-панорамах

Но вот «Эрмитаж». До 5 час. здесь сравнительно спокойною Говорят речи, обедают. К 5 час. «Эрмитаж» теряет свою обычную физиономию. Из залы выносятся растения, все, что есть дорогого, ценного, все, что только можно вынести. Фарфоровая посуда заменяется глиняной. Число студентов растет с каждой минутой. Сначала швейцары дают номерки от платья. Потом вешалок не хватает. В роскошную залу вваливается толпа в калошах, фуражках, пальто. Исчезают вино и закуска. Появляются водка и пиво. Поднимается невообразимая кутерьма.

Все уже пьяны. Кто не пьян, хочет показать, что он пьян. Все безумствуют, опьяняют себя этим безумствованием. Распахиваются сюртуки, расстегиваются тужурки. Появляются субъекты в цветных рубахах. Воцаряется беспредельная свобода. Студенты составляют отдельные группы. В одном углу малороссы поют национальную песню.


В другом – грузины пляшут лезгинку. Армяне тянут «Мравалжамиер»

В центре ораторы, взобравшись на стол, произносят речи – уже совсем пьяные речи. Хор студентов поет Gaudeamus… Шум страшный. То и дело раздается звон разбитой посуды. Весь пол и стены облиты пивом…
За отдельным столом плачет пьяный лохматый студент…
— Что с тобой, дружище?
— Падает студенчество. Падает, — рыдает студент.
Больше он ничего и не может сказать.
— На стол его! На стол! Пусть говорит речь! – кричат голоса.
Студента втаскивают на стол.
— Я, коллеги, — лепечет он, — студент. Да, я студент, — вдруг ревет он диким голосом. – Я… народ… я человек…
Скользит и чуть не падает.
— Долой его! Долой!
Его стаскивают со стола.

— Товарищи, — пищит новый оратор, маленький юркий студент, — мы никогда не забудем великих начал, которые дала нам великая, незабвенная Alma Mater.
— Браво! Брависсимо! Брависсимо! Качать его! Качать!
Оратора начинают качать. Он поливает всех пивом из бутылки.

— Господа, «Татьяну», — предлагает кто-то.
Внезапно все замолкают. И затем сотни голосов подхватывают любимую песню:
— Да здравствует Татьяна, Татьяна, Татьяна.
Вся наша братия пьяна, вся пьяна, вся пьяна…
В Татьянин славный день…
— А кто виноват? Разве мы?
Хор отвечает:
— Нет! Татьяна!
И снова сотни голосов подхватывают.
— Да здравствует Татьяна!.
Один запевает:
Нас Лев Толстой бранит, бранит
И пить нам не велит, не велит, не велит
И пьянство обличает!..
— А кто виноват? Разве мы?
— Нет! Татьяна!
— Да здравствует Татьяна!
Опять запевают:
— В кармане без изъяна, изъяна, изъяна
Не может быть Татьяна, Татьяна, Татьяна.
Все пусты кошельки,
Заложены часы…
А кто виноват?
И так далее.

В 9 часов «Эрмитаж» пустеет Лихачи, «ваньки» (дешевые извозчики – прим.moscowwalks), толпы студентов пешком – все летит, стремительно несется к Тверской заставе – в «Яр» и «Стрельну», где разыгрывается последний акт этой безумной феерии. Там в этот день не поют хоры, не пускают обычную публику, закрывают буфет и за стойкой наливают только пиво и водку прямо из бочонков.


современный вид этого места на Яндекс-панорамах

В «Яре» темп настроения повышается. Картина принимает фантастическую окраску. Бешенство овладевает всеми. Стон гул, гром, нечеловеческие крики. Каждый хочет превзойти другого в безумии. Один едет на плечах товарища к стойке, выпивает рюмку водки и отъезжает в сторону. Другие лезут на декоративные растения. Третьи взбираются по столбам аквариума вверх. Кто-то купается в аквариуме.
Опьянение достигло кульминационной точки…

Вдруг раздаются бешеные звуки мазурки. Играет духовой оркестр. Музыканты дуют изо всех сил в инструменты, колотят молотилками в литавры… Здание дрожит от вихря звуков. И все, кто есть в зале, бросаются танцевать мазурку. Несутся навстречу друг к другу в невообразимом бешенстве…
И это продолжается до 3-4 часов ночи. Потом студенты едут и идут в город. Иногда устраивают факельное шествие со свечами до Тверской заставы. И опять песни. Оргия песен…


Фребеличка — слушательница курсов, подготовляющих воспитательниц для детей дошкольного возраста по методу немецкого педагога Фребеля.

Была у московского студенчества и еще одна забава:
Под утро самые смелые и выносливые возвращаясь из ресторанов Петровского парка у нынешнего Белорусского вокзала забирались на Триумфальную арку, чтобы распить праздничную чашу в компании с бронзовой статуей победы. По этому поводу среди извозчиков ходила следующая присказка:
— Во всей Москве только два кучера непьющих: один на Большом театре, другой на Трухмальных воротах. Да и то Трухмального как ни крепко держится старик, а на Татьяну студенты непременно накачают.



Настройте свой интернет на нашу волну!

Комментировать с помощью Facebook: