В любое время года Экскурсии от Moscowwalks
Подарочные сертификаты Прогулок по Москве
Подарите друзьям совершенно новый город

21 января, суббота
13:00 Ивановская горка-2: дворы и переулки Маросейки

Место встречи: м. «Китай-город», выход на ул. Маросейка, у памятника героям Плевны


22 января, воскресенье
13:00 Старая Басманная

Место встречи: м. «Красные ворота», около памятника Лермонтову

Подробное расписание экскурсий смотрите на http://moscoww.ru

/


http://bezopasnosti.ru/ что входит в техническое обслуживание пожарной сигнализации.

Районы-кварталы: Немецкая слобода.

Auto Date Среда, апреля 24, 2013

Сегодня в рамках одной из наших любимых рубрик Районы-кварталы мы прогуляемся по сильно обжитому району бывшей Немецкой слободы на современной Бауманской.

Конечно, от бывшей именно немецкой слободы остались лишь редкие напоминания, при этом добавилось много других историй: про Баумана и Пушкина, про советские и дореволюционные повороты истории.

Сходить на Кукуй, прогуляться по новым и старым улицам, вдохнуть старины и подивиться на причудливые наслоения эпох —>


При выходе из метро сразу же можно заметить на одном из брандмауэров вид немецкой слободы в 16 веке, еще до того, как сюда ездил будущий император Петр:

В городе иноземцам селиться не разрешали, вот они и выстроили отдельную деревушку за его пределами. Интересно, что Иван Грозный, чтобы не тратиться на содержание иностранцев, среди которых было много пленных ливонцев, разрешили им варить пиво и торговать вином. А в Москве то в то время действовал «Сухой закон», до того, как Грозный не открыл первый кабак для опричников. Вот все жители города и ходили пить в Немецкую слободу. Некоторые историки считают, что как-раз отсюда и пошло выражение «уйти в запой», то есть уходили в буквальном смысле слова в запой на несколько дней в Немецкую слободу, и возвращались назад из запоя в Москву.
Со временем деревушка сильно разрослась, иноземцы разбогатели, но во времена смуты Лжедмитрий I сжёг слободу до тла. И иностранцы снова стали селиться в черте города, пока они там всем не надоели к середине 17 века, и Алексей Михайлович не выгнал их снова на Яузу. Но на Яузе слобода быстро отстроилась, похорошела и стала выглядеть, как небольшой провинциальный немецкий или голландский городок.


Александр Бенуа. «Отъезд царя Петра I из дома Лефорта»

Все это иностранное великолепие, конечно, со временем исчезло, но при этом место освоила и новая знать.

Так, например, почти напротив выхода из м.Бауманская можно видеть богато украшенный дом бригадира Карабанова 1770-х гг.

Здесь же на Бауманской улице располагается школа №353 имени Пушкина.

Здесь же установлен бюст Пушкину в детстве с непременным голубем в вихрах.

В какой-то момент истории стало принято считать, что именно на этом месте стоял дом, где родился Александр Пушкин.


Даже мемориальная доска есть

При этом знаменитый москвовед Сергей Романюк работая в Центральном архиве научно-технической документации выяснил, что на самом деле дом коллежского регистратора Ивана Васильевича Скворцова, у которого семья Пушкиных снимала квартиру в конце XVIII века располагался несколько в стороне от Бауманской улицы — на углу Госпитальной улицы и Малого Почтового переулка:

Дом, в котором родился Пушкин, был деревянным и сгорел в пожаре 1812 года. В ранние советские годы это место выглядело так:

А сейчас примерно на этом месте расположена школьная столовая

Угол Ладожской и Фридриха Энгельса (до революции — Ирининская улица) неподалеку от м.Бауманская. Это был один из центров немецкой слободы, который несмотря на полную смену застройки до сих пор сохранил планировку рыночной площади.


При этом в дореволюционных зданиях до сих пор торговля идет во всю — свято место пусто не бывает.

Пестрые здания разных эпох до сих пор занимают кабаки, конторы и лавки.

В середине 19 века в одном из зданий Немецкого рынка располагался трактир «Амстердам» Никиты Соколова, где кутили местные авторитеты. Пили и беспредельничали в этом трактире целыми днями и ночами, и местных жителей это раздражало. Но владелец трактира откупался от полиции. И вот, когда в 1860-е годы устроили Мировой суд в здании Лефортовской полицейской части, тут же посыпались туда жалобы от жителей района Немецкого рынка. Судья Данилов нашёл в уставе пункт, по которому он сам может составлять протокол, и однажды, он решил наведаться в трактир посреди ночи, когда по закону он должен был быть закрытым. Судья зашёл в трактир, а Никита Соколов увидели у Данилова на груди судейскую цепь, и видимо дал команду своим людям. В этот же момент во всём трактире погас свет, и Данилов не мог понять, что происходит. Когда нашёл лампу или свечу, и стало видно хоть что-то, он обнаружил, что никого вокруг нет! Соколов дал всем команду быстро покинуть трактир. Позже судья Данилов доложил об этом происшествии полицейскому приставу Шешколвскому, написав ему замечание. Но полицейский Шешковский, вместо того, чтобы заняться трактиром, обвинил судью Данилова в превышении полномочий и оскорблении полиции. Видимо хорошо угождал Никита Соколов полиции. В итоги судью приговорили к выговору. Но и взяточника Шешковского сняли с должности. И только владелец трактира Соколов не пострадал. Тем не менее к концу 19 века «Амстердам» постепенно потерял популярность, и в итоге закрылся.


Обратите внимание на дом на переднем плане за припаркованной БМВ. Еще до революции какой-то коммерсант, наплевав на всех и на старый облик дома (см. его второй этаж) облицевал фасад первого этажа дорогой плиткой. При этом выложенные плиткой рамки от старых вывесок можно наблюдать до сих пор.

В одном месте на Бауманской улице сохранилась даже табличка с дореволюционным номером дома. Правда, искать ее на доме 20 по этой улице бесполезно, нумерация изменилась.

При этом застройка Бауманской улицы разнородна как и во всей Москве.


Советские здания перемежаются с доходными домами и небольшими еще деревянными зданиями

В Малом Гавриковом переулке стоит уникальное здание в стиле модерн.


Это бывший Храм Покрова Пресвятой Богородицы, построенный к 1911 г. и закрытый в советское время.
Поскольку храм не находился в ведении Русской Православной Церкви, а был старообрядческим, то до сих пор богослужений здесь не проходит. В 1992 году здание даже поставили на государственную охрану, а в середине 2000-х капитально отремонтировали, но при этом внутри с 1960-х до сих пор располагается спортивный зал (секции бокса и борьбы). Крестов, как видите, нет. Уже много лет старообрядческая община пытается вернуть храм верующим, но пока тщетно.

Неподалеку на Бауманской улице есть еще одно старообрядческое место Москвы:


Это чудом уцелевшая колокольня старообрядческой церкви Великомученицы Екатерины. А церковь на самом деле была домовая, она находилась в доме московского купца 2-й гильдии И.И. Карасёва, и существовала ещё с 1872 году на втором этаже дома. А в 1915 году была построена отдельная колокольня. В итоге в 1979 году сам дом Карасёва, с бывшей моленной был снесён, осталась лишь одна колокольня. Во дворе сохранилось здание «Карасёвских бань», построенных цинковальным заводом в 1903 году. Заводом этим тоже владел купец Карасёв


А это флигели усадьбы графини Головкиной, домоправителем которой был Иван Васильевич Скворцов, и именно здесь висела первая мемориальная доска, посвящённая Пушкину. До революции считалось, что он родился здесь. Было известно лишь, что родился во владении у Ивана Скворцова, но его участка тогда ещё не нашли, это был единственный адрес, связанный со Скворцовым, вот радостные краеведы позапрошлого века и повесили доску сюда, и назначили это местом рождения Пушкина, хотя владела то этой усадьбой именно графиня Головкина, Скворцов был всего-лишь домоправителем


На территории слободы встречаются и здания в стиле конструктивизма конца 1920-х — начала 1930-х годов. А этот дом интересен тем, что здесь сохранилась круглая табличка образца середины 20 века над угловым балконом. Такие таблички делали с 1949 года по 1970-е. Эмаль спасала их от коррозии, и называли их «вечными». Большинство сохранившихся и сейчас в хорошем состоянии

Во дворе по Малой Почтовой улице можно найти усадьбу Дмитрия Петровича Бутурлина. Бутурлин жил во времена Екатерины II, и она даже его крестила, пожаловав ему при крещении чин сержанта гвардии, полагая, что он пойдёт по стопам своего дела — генерал-фельдмаршала. Но его военная карьера не интересовала, он увлёкся французской революцией, хотел уехать в Париж, но Екатерина его не отпустила. А он взял и бросил гвардию назло ей, перебрался в Москву и занялся обустройством этой усадьбы. Усадьбы была шикарная, с огромным парком, прудами и оранжереями, простиралась она вплоть до самой Яузы. На фотографии выше как-раз виден её главный, парковый фасад. Впрочем, это уже ампирная перестройка. А Бутурлин живя в Москве, с 1809 года числился директором Эрмитажа, при этом никакого участия в жизни музея не принимал. В этой усадьбе на Яузе у него имелась огромная коллекция книг, изестная как «Бутурлинская библиотека». Считалось, что она погибла в огне 1812 года, тем не менее часть книг позже нашли на Сухаревском рынке, так что скорее всего она стала жертвой не пожара, а воров-мародёров. Кстати, Бутурлины были родственниками Пушкиных, и Александр Сергеевич в детстве часто гостил в этом доме.


Сам дом сначала был одноэтажным, и построен был ещё в середине 18 века. С торца отлично видны наслоения разных эпох, от 18 до 20 веков. Интересно, что первый этаж не кирпичный, а белокаменный — редкий пример именно не подвала, а первого жилого этажа


Здание Первого московского юридического института в свое время пережило даже пожар 1812 г. и до революции было Лефортовской полицейской частью

Из донесений части в 1902 г.

24 февраля кр. Арсений Симонов Еганов, 27 лет, проходя в нетрезвом виде с сожительницей своею, кр. Гликерией Морозовой, 27 лет, по Лефортовской площади, неожиданно набросился на нее и стал наносить ей побои. Еганова задержали. При расспросах он сознался, что ему пришло на память какое-то происшествие, бывшее с Морозовой, в нем заговорила ревность, и он, забыв, что находится на улице, стал «учить» Морозову. Ревнивого буяна отправили в участок

Если пройти во дворы советских домов можно увидеть ординарную застройку этого района начала 20 столетия:


А это самый старый дом Немецкой слободы, легендарный дом Анны Монс. Впрочем, документальных подтверждений того, что тут жила любовница Петра, не имеется, известно, что её дом находился примерно в этом месте. А первые известные владельцы этого дома — это придворные царские лекари голландцы Ван-Дер-Гульсты, они тут жили уже в 18 веке. Тем не менее установлено, что до построен ещё до Петра, при Алексее Михайловиче, видимо в 1670-е годы. И не исключено, что именно он мог при Петре принадлежать немке Анне Монс. Так ли это было или нет, остаётся загадкой.


В конце 17 века дом был перестроен в стиле «Нарышкинского» барокко. Естественно, в 19 веке его перестраивали в классическом стиле. Но в советское время реставраторы восстановили три белокаменных наличника 1690-х годов. Как мы видимо ничего явно немецкого в архитектуре нет, то есть облик характерен для зданий Москвы того времени. А вот как выглядела деревянная застройка слободы, остаётся загадкой. Возможно и было что-то похожее на Европу.


А это следы срубленных белокаменных наличников 17 века, которые обнаружили в советское время под сбитой штукатуркой. По этим следам наличники и восстанавливают.

Старокирочный переулок прекрасно сохранил историческую застройку.


Это дом живописца и балетмейстера Фраца Гильфердинга, который жил в России во времена Екатерины II, ставил балетные спектакли и писал декорации для театральных постановок в Москве и Петербурге. Справа сохранилась деревянная пристройка 19 века.

Двинемся вниз по 2-й Бауманской

Здесь можно видеть дворец, построенный по указанию Петра I на переломе 17 и 18 веков для генерала Франца Лефорта.


Именно здесь Петр I устраивал свои знаменитые пьяные ассамблеи. Пышно было отпраздновано новоселье Лефорта, а через три недели после этого он скончался в возрасте 43 лет.

В стене центрального здания можно видеть куски старой, еще петровской кладки

В 1706 году Пётр подарил этот дом другому своему другу и сподвижнику — Александру Меншикову, который жил во дворце 20 лет. В 1727-30 гг. дворец был местом пребывания несовершеннолетнего императора Петра II, сначала в 1727 году умерла здесь его сестра Наталья, 15 лет, от чахотки. Через три года в этом же здании умер и сам Пётр II. По преданию в 1730 году, в день венчания 14-летнего Петра II и Екатерины Долгоруковой, карета невесты, которая ехала из Лефортово, была слишком высокой, и венчавшая её корона не пролезла в арку дворца, была сбита. Все это посчитали предзнаменованием несчастий. И действительно, точно в намеченный день собственной свадьбы император скончался от оспы. В середине 19 века в это здание поселили московское отделение архива Главного штаба. Интересно, что и по сей день в этом доме архив, военно-исторический и фонодокументов. Редкое для Москвы постоянство!

Обширное соседнее домовладение занимает ныне Университет им.Баумана.

Этот дворец принадлежал графу Бестужеву-Рюмину, затем канцлеру Безбородко, который желая выслужиться подарил его императору Павлу I в 1797 г., после чего недолгое время здесь была одна из императорских резиденций, пока дом не сгинул в пожаре 1812 г.
Однако в 1820-х здание восстановили и преобразовали в дом для мальчиков-сирот, где их обучали ремеслам, а уже в 1868 г. простое ремесленное училище преобразовали Императорское техническое училище, на базе которого в советское время и появился МВТУ им.Баумана. Как и в соседнем Лефортовском дворце, историческая справедливость торжествует. Вот уже почти 200 лет тут учебное заведение по одному профилю


В центральной части фасада можно видеть странное смешение жанров — советские ордена и древнеримскую богиню Минерву, покровительницу всех ремесел, изобретений и всовозможных полезных открытий, в целом.

Студенты механико-технологического факультета Императорского технического училища во дворе здания:

Здание поликлиники МГТУ им.Баумана, построенное Львом Кекушевым, до революции было общежитием

А вот соседнее лабораторное здание Университета, за советское время, к сожалению, изменилось до неузнаваемости.

Было:

Стало:

А дворовый фасад Кекушевского здания общежития и поликлиники совершенно брутален, похож на фабрику или казарму для рабочих.

Контраст парадного и дворового фасадов этого здания.


А это деревянный дом в Денисовском переулке, 1913 года постройки. Причем он уникален своей архитектурой, не похож на большинство двухэтажных деревянных домов. Этот дом с ярко выраженными чертами неоклассицизма, такой фасад мог быть построен и в камне. К сожалению, состояние дома плачевное, он требует реставрации. А сейчас в нём находится паспортный стол района.


На фотографии видно понижение, которое отмечает русло реки Чечёры, убранной в трубу. По этой реке проходила граница Немецкой слободы в 17 и 18 веках, и примерно здесь в неё впадал ручей Кукуй, который дал название и всей слободе. Кукуй — это синоним немецкой слободы, да и вообще всей иноземщины на протяжении многих веков. Есть версия, что такое название происходит от немецкого слова kucken (глядеть), что якобы немецкие жёны видели что-то странное в проходящих мимо русских солдатах, и кричали своим мужьям: «Kuck sie! Kuck sie!», — «глянь сюда!». А сторонники старых патриархальных традиций Москвы, говорили немцам: «Пошёл на кукуй!», ведь до Петра I иноземцев в Москве не приветствовали.


Эта классическая усадьба интересна тем, что его главный фасад выходит во двор, а не на переулок. Сейчас слева торчит двухэтажный дом, а когда-то его не было, и усадьба выходила во-первых к долине реки Чечёры и ручья Кукуй, а во-вторых замыкала перспективу Денисовского переулка, который делает два небольших излома в районе пересечения с руслом Чечёры. Кроме этого, в основе усадьбы сохраняются палаты 17 века, их выдают окна первого этажа, утопленные в землю. На 1-м этаже ещё сохраняются своды, и это одно из трёх зданий 17 века в немецкой слободе. Конечно, много домов ещё не исследовано, и их стены могут хранить в себе тайны, быть может зданий того времени на самом деле и больше.


Вот здесь хорошо виден излом переулка, и здание, закрывающее вид на главный фасад дома с предыдущей фотографии. А когда-то фронтон дома замыкал перспективу переулка.


Здание текстильной фабрики Щаповых, построенное в конце 19 века. Сейчас в нём устроена библиотека.


На углу стоит дом фабриканта Щапова. Это считается первой построкой гения модерна Фёдора Шехтеля. Тогда, в 1884 году, когда он перестраивал этот дом, ему было всего 24 года, и его ещё никто не знал. Но даже в этой архитектуре проявляется зарождение творческого почерка зодчего. Например, высокие крыши здания. Позже этот мотив был использован во многих творениях Шехтеля, например в Ярославского вокзали и типографии Левенсона в Трёхпрудном переулке.

Именно с этой фабрикой связано убийство революционера Николая Баумана. 31 октября 1905 года Бауман после собрания революционеров в техническом училище направился с группой демонстрантов освобождать заключённых из Таганской тюрьмы, и присоединял по пути группы рабочих. Очередную группу ему захотелось присоединить у фабрики Щаповых, но не тут то было, к нему подбежал один из рабочих, и ударил то ли ломом, то ли водопроводной трубой по голове, от чего Бауман упал замертво. Но в 1920-е годы были опрошены свидетели убийства, и версии разных людей расходятся в деталях, одни говорят, что Бауман ехал на извозчике, другие говорят, что шел пешком, но самое интересное, что ни один не узнал человека, который нанёс Бауману удар. Единственным доказательством его вины было собственное признание в убийстве. И назвался он дворником Михалиным, рабочим фабрики Щаповых. Считается, что это был агент царской охранки, а может быть черносотенец. Так или иначе, в 1930-е годы из Баумана сделали революционную икону, и началась тотальная бауманизация района, сам район назван Бауманским, Немецкая улица переименована в Бауманскую, метро названо Бауманской, создан сад имени Баумана и так далее.

Удивительно, но это не единственный Николай Бауман, связанный с этими местами. В конце 17 — начале 18 века в немецкой слободе жил ещё один Николай Бауман, генерал, который активно участвовал в жизни слободы, содействовал постройке новой лютеранской кирхи. Вот такие совпадения!


Вот так сейчас выглядит самое старое из сохранившихся домов на Бауманской улице. Построено оно было еще в начале 18 века как почтовый двор, потом было пожаловано доктору Иогану Герману Лестоку, который приехал в Москву при Петре I в числе «нужных для России людей», до этого он служил лекарем во французской армии. Так вот пошли слухи, что Лесток имеет любовную связь с женой царского шута Лакосты, да и не только с женой, а ещё и с его тремя дочерьми. Пётр когда узнал, был в бешестве, допрашивал и пытал Лестока, после чего сослал его в Казань. Но после смерти Петра его жена Екатерина I вернула Лестока, и назначила лейб-хирургом при цесаревне Елизавете. Впрочем он же был и одним из зачинщиков дворцового переворота, который возвёл Елизавету на престол. Но и при ней любитель приключений Лесток опять же натворил разных вещей, за которые его хотели даже казнить, но Елизавета помиловала, заменила казнь ссылкой в Охотск, в итоге доехал он только до Углича. Впрочем и оттуда его освободили, уже при Петре III, когда Лестоку было уже 70 лет.
В 1750-х годах это здание было перестроено в стиле «Елизаветинского» барокко для сената. В 19 веке после перестройки в стиле классицизма Осипом Бове, дворец заняли военные. Тут располагался кадетский корпус, батальон Троице-Сергиевой лавры, а последний дореволюционный владелец — это Фанагорийский полк. И сейчас историческая справедливость соблюдается, в здании находится научный центр Министерства обороны


А это Новокирочный переулок. Интересно, что на нем стояла Старая Кирха, а новая стояла на Старокирочном! От этой путанице, да и вообще о подобных московских казусах у нас была отдельная публикация про Городские заблуждения.
Кирха была снесена в 1928 году, но он неё осталось здание лютеранского училища, это жёлтый дом на фотографии, построенный в конце 19 века. Этому училищу обязан своим появлением первый театр в России. В середине 17 века пастор кирхи, и приходской учитель в этом заведении Иоган Готфрид Грегори ставил сценки на религиозные тематики со своими учениками. Слухи дошли до Алексея Михайловича, он позвал Грегори к себе, и предложил устроить театр при дворце в Преображенском. Театр назвали «Комедийной хороминой», он и стал первым театром в Москве и России.


А вто как выглядела сама Кирха святого Михаила. Ещё при Иване Грозном, в 16 веке именно здесь стояла первая кирха, тогда ещё деревянная. Это была первая лютеранская церковь в России. А кладбище при ней было единственным иноверческим кладбищем в Москве, и именно на нём похоронили в 1602 году принца Иоанна Датского (Шлезвиг-Гольштейнского), которого хотели выдать за дочь Бориса Годунова, царевну Ксению. Он был согласен перейти в православие, но не успел, заболел и умер. Поэтому его и похоронили на лютеранском кладбище.
А кирху сломали в 1928 году, построив на её месте новое здание ЦАГИ (аэро-гидродинамического института). При сносе церкви обнаружили могилу легендарного колдуна Якова Брюса. Что стало дальше с этой могилой, неизвестно.


А это дом в начале Бауманской улицы, в той её части, которая до революции называлась Девкиным переулком, видимо по домовладельцу Девкину. Дом построен в 1914 году для разбогатевшего крестьянина Антона Фролова про проекту архитектора Виктора Мазырина, того самого, что построил особняк Арсения Морозова на Воздвиженке. И этот псевдоготический дом очень подходит по архитектурному стилю Немецкой слободе. Тут даже расположили ресторан «Немецкая слобода», только вот исторически эта территория была уже за пределами слободы, застраивалась она уже в 19 веке.

Вот такой район, многие дома в нём хранят в себе множество тайн и историй, а за привычными классическими фасадами скрывается нечто гораздо более старое и интересное, и много загадок этой слободы ещё предстоит разгадать в будущем.

Спасибо компании BMW Group за предоставленный BMW M135i.Тест драйв можно будет посмотреть в блоге редактора.

Комментировать с помощью Facebook: